«Я много о чем сожалею, но ни о чем я не сожалею так сильно, как о вреде, который я прямо или косвенно причинила другим женщинам», — Андреа Хейнц, вывшая хозяйка борделя. В возрасте 22-лет Андреа Хейнц столкнулась с большими долгами. У нее было мало навыков и ресурсов, и она пошла в секс-индустрию, чтобы свести концы с концами. Ниже приводится интервью о ее истории и ее взгляде на секс-индустрию в качестве бывшей хозяйки борделя. Читать далее «Интервью с бывшей хозяйкой легального борделя» →

Основное чувство, которое охватывает меня, когда я размышляю о своем опыте в проституции – чувство утраты. Это утрата невинности, утрата времени, возможностей, уважения, респектабельности и духовно опустошающая утрата связи с самой собой. Я могла бы продолжить, но основной элемент – это всегда чувство утраты. Читать далее «Что меня беспокоит после выхода из проституции» →

Статья немецкой феминистки Мануэлы Шон, впервые она была опубликована в 2014 году. Читать далее «Травма и психологические защиты в проституции» →

Интервью с Лорин Кроссон, основательницей американской благотворительной организации «RockStarr Ministries», которая помогает жертвам торговли людьми. Она поддерживает безопасный дом для тех, кто хочет уйти из проституции. Когда-то она сама пережила торговлю людьми – более двадцати лет ее продавали в самых разных городах США. Читать далее «Проституция: это может случиться с каждой» →

Мне 39 лет, я мать-одиночка – у меня сейчас трое детей. Было четверо, но два года назад мой сын погиб в возрасте 21 года. Я родилась в Кейптауне – младшая из троих детей и единственная дочь в семье. Читать далее «Проституция – это не секс и не работа, это эксплуатация» →

Когда люди говорят о проституции, очень часто ее пытаются оправдать «выбором женщины». Например, вот несколько случайных комментариев с веб-сайта издания Guardian: Читать далее ««Выбор» в проституции сложнее, чем принято считать» →

Окна полностью занавешены шторами уже несколько месяцев. Гора посуды, покрытая слоем старого жира, скромно прикрыта маленьким полотенцем. Напольный мешок в углу раздулся, поскольку в него напихали недоеденную пиццу, и он покрыт коробками с прилипшими пригорелыми овощами. Еда заказывается на дом, чтобы хоть как-то прожить очередной день. Я закрылась от всех, медленно, постепенно. Мой единственный посетитель – почтальон, который, как мне кажется, пытается увидеть меня в замочную скважину, когда он просовывает под дверь очередные счета. Читать далее «Факт: из проституции очень сложно уйти» →

Когда я рассказала публично в своем аккаунте о семи годах эксплуатации в коммерческой секс-индустрии, меня предупреждали. Меня предупреждали по поводу Твиттера. Меня предупреждали о возможной травле (до этого я никогда не слышала о подобном), и мне сказали, что придется отрастить панцирь. Тем не менее, всего через неделю после «каминг-аута» во мне проснулся зверь. Читать далее «Стирание насилия: переживших секс-индустрию заставляют молчать» →

Статья Тэйлор Ли из книги «Not for Sale: Feminists Resisting Prostitution and Pornography», 2004.

Медленный суицид

Удушливая тишина. Медленный суицид, который можно остановить только голосом и правдой. Каждый раз, когда я одерживаю победу над страхом хоть на мгновение и позволяю своим мыслям превратиться в слова, я борюсь со смертью. Каждый раз, когда я обнажаю свою израненную душу, я подписываю контракт на еще один день жизни, и я вдохновляю других сделать то же самое. Читать далее «Стриптиз: мемуары выжившей» →

Отрывок из книги «Истории проституции: рассказы о выживании в секс-индустрии» («Prostitution Narratives: Stories of Survival in the Sex Trade», 2016).

В бизнесе «только для взрослых» такие занятия как «экзотические танцы», то есть, стриптиз – это первый шаг в проституцию. Это также первый шаг в психическую болезнь, в том числе, в диссоциацию. Под «диссоциацией» я имею в виду способность на психическом уровне отделять себя от того, что происходит с твоим физическим телом. Диссоциация необходима для участия и выживания в любом подобном бизнесе. Я предпочитала быть на сцене, так как в этом случае мне было легче диссоциировать – я смотрела на потолок, а не в море чужих глаз. Если я была не «на полу», а на сцене, то это также уменьшало вероятность чужих рук, которые меня лапают. Читать далее «Истории проституции: «Такая жизнь не для людей»» →