Насилие над детьми за фасадом «легальной секс-работы»

Эта статья рассматривает доказательства из Германии и Новой Зеландии о том, что легализация или полная декриминализация проституции взрослых создает фасад, за которым процветает проституция (оплаченные изнасилования) детей. Кроме того, легализация или декриминализация снижает личное и коллективное неприятие сексуального насилия над детьми среди мужчин. Это говорит о том, что открытая коммерческая секс-индустрия всегда имеет далеко идущие последствия для безопасности детей, а заявления об обратном являются ложью.

«Любая сотрудница ресепшена борделя скажет вам, что самый частый вопрос, который задают проституторы: «Сколько лет вашей самой молодой девочке?» И они всегда хотят новых девочек. Они хотят, чтобы они были как можно моложе, потому что тогда ими проще манипулировать и заставить делать то, что они не хотят делать», — Жаклин Гвин.

Примечание: согласно международному законодательству, дети в данном случае – это все люди моложе 18 лет. Любые третьи стороны, вовлеченные в проституцию детей, автоматически считаются занимающимися торговлей людьми, независимо от того, применяют ли они какую-либо силу или принуждение.

Дети и режим легализации в Германии

«Teenyland» — легальный бордель в Кельне. По сути это служба экспресс-доставки женщин, которых называют «лолитами». Им всем 18 или 19 лет, некоторые из них все еще учатся в школе, некоторые «достигли легального возраста лишь пару дней назад». Это лишь один из многих легальных борделей в Германии, в которых женщины притворяются детьми, но это один из наиболее откровенных примеров.

Вряд ли удивительно, что, когда молодые женщины участвуют в таких «ролевых играх», это вызывает у них крайний стресс и приводит к серьезным психологическим последствиям. Особенно если учесть, что исследования и свидетельства выживших говорят о том, что среди женщин, вовлеченных в секс-индустрию, непропорционально много переживших сексуальное насилие в детстве.

Некоторые утверждают, что если мужчины «играют» в сексуальное насилие над детьми с совершеннолетними женщинами, то это становится для них «разрядкой», и они с меньшей вероятностью будут подвергать насилию настоящих детей. Однако все научные доказательства говорят об обратном – чем больше такой «практики», тем сильнее будут сексуальные реакции мужчин на детей подросткового и предподросткового возраста, и тем меньше будет их готовность сопротивляться подобным импульсам.

Если вы часто видите рекламу определенной машины, то вероятность того, что вы купите такую машину будет выше. Если это так, то мы можем предположить, что чем чаще мужчины смотрят порно с сексуальным насилием над детьми, тем больше риск сексуального насилия для детей, живущих рядом с ними. И если мужчины платят за сексуальную эксплуатацию и насилие над настоящими (или притворными) детьми в проституции, то подобный эффект будет только выше.

И существование «Teenyland» и аналогичных заведений определенно не гарантирует, что в легальных борделях Германии нет настоящих детей. Как минимум девять гигантских мега-борделей были «пойманы» за торговлей детьми для секса, гораздо больше таких случаев не получают освещения в СМИ.

Многие предполагают, что если легализовать секс-индустрию, то это означает, что власти будут иметь четкое представление об этом рынке, в том числе получат детальное знание о том, кто кого проституирует, как, зачем и почему. Но на практике это так не работает.

До недавнего времени власти Германии вообще не собирали никаких данных по индустрии проституции. Например, не было никаких попыток отследить местоположение борделей на квартирах, или же вести учет постоянно меняющихся женщин, которых предлагают в мега-борделях, хотя подобная информация свободно публикуется в Интернете (потому что иначе их не найдут проституторы). Данные не собирались, потому что не было никакой политической воли для их сбора. Никто не знает, сколько людей находятся в проституции в Германии, цитируются цифры, которые варьируются от 200 000 до 400 000 или больше.

В 2017 году был принят новый закон, который был призван скорректировать некоторые негативные последствия закона о легализации 2001 года, который открыл проституцию в Германии для всей мощи свободного рынка. По новому закону управляющие борделями и вовлеченные в проституцию теперь должны регистрироваться в местных органах власти. На данный момент были зарегистрированы примерно 1600 борделей и 33 000 вовлеченных в проституцию – из них 76% в возрасте 21-44 лет, а 6% в возрасте 18-20 лет. Это значит, что от 167 000 до 367 000 человек все еще не зарегистрированы, и что неизвестное количество борделей оперируют без лицензии нелегально, без какого-либо государственного контроля.

Социальные работники, которые занимаются подобными регистрациями, сообщают, что, когда к ним приходят женщины, под дверью офиса часто «караулят» сутенеры, после чего они уводят женщин – наглядная иллюстрация того, что система регистрации не защищает женщин от сутенеров.

По большей части этот рынок остается в тени, и даже зарегистрированные заведения не подвергаются никаким регулярным проверкам. Хотя после принятия нового законодательства полиции стало проще проводить рейды в борделях, для поимки торговцев людьми все еще необходимо, чтобы их жертвы дали показания, а они часто отказываются от этого из-за страха мести и других последствий. Число полицейских расследований сутенерства, торговли и сексуальной эксплуатации детей сейчас снижается – несмотря на то, что нет никаких доказательств того, что сами эти преступления становятся реже.

Хотя Германию и называют «борделем Европы», Швейцария составляет ей серьезную конкуренцию. Получение выгоды от проституции третьими сторонами и покупка проституированных людей легальны в Швейцарии с 1992 года, даже сутенерство и покупка изнасилований детей в возрасте 16-17 лет были совершенно легальны до 2013 года.

Что говорят проституторы?

Согласно одному канадскому исследованию, 15% мужчин, которые платят за сексуальный доступ к взрослым, говорят, что они также могут платить за детей. Проституторы из Германии и Швейцарии свободно говорят на эту тему на форумах проституторов. Вот несколько примеров (в сокращенном виде):

«У меня было несколько [девочек], которым якобы было 18. Я разрешил одной показать мне документы, потому что она требовала очень большую цену, и она утверждала, что это из-за ее возраста. 18 лет и 3 недели. Моложе не найти. Самая молодая у меня была 16 лет, почти 17. Мне было 28. Она притворялась, что ей 18. Очень жаль, если бы я об этом знал, то я бы получил удовольствие от куда большего количества осеменений», — немецкий проститутор, 2018.

«Была девчушка 13-14 лет, очень детская внешность. У нее даже грудь еще не выросла, совсем без волос. Дырочка супер узкая, я не мог ей глубоко вставить. Я сделал ей больно, и она меня оттолкнула. Помимо этого, я мог делать с ней все, что хотел, все, что только приходило на ум», — швейцарский проститутор, 2016.

«Девочки там очень хорошенькие. К сожалению, одна немного повредила мое драгоценное яйцо, потому что у нее были брекеты. Больше никаких жалоб, разве что некоторые девочки там казались несовершеннолетними, но какая разница», — немецкий проститутор, 2018.

Но разве в Новой Зеландии ситуация не лучше?

В Новой Зеландии Акт реформы проституции от 2003 года привел к декриминализации всей секс-индустрии. Часто утверждается, что это революционное законодательство, которое кардинальным образом отличается от легализации в Германии и Швейцарии, что это лучшая альтернатива. Но что это значит в отношении оплаченных изнасилований детей?
Как доказательство того, что Акт не привел к росту секс-траффикинга детей и взрослых, часто приводится отчет правительства Новой Зеландии от 2008 года. Однако на самом деле этот отчет вызывает серьезное беспокойство об эксплуатации детей в новозеландской секс-индустрии.

Хотя комитет, подготовивший отчет, утверждает, что не считает детей, страдающих от сексуальной эксплуатации, «секс-работниками», в самом тексте отчета детей называют именно так.

Вряд ли удивительно, что в отчете тех, кто платит за изнасилование детей, называют «клиентами», а не насильниками. Если назвать их насильниками, то возникнет вопрос о том, как же называть тех, кто платит за их сексуальную эксплуатацию после того, как им исполнится 18. И как назвать тех, кто платит за сексуальный доступ к взрослым женщинам, которых принуждают к проституции сутенеры или экономическое отчаяние. Весь карточный домик может рухнуть в одночасье.

В отчете признается, что собирать данные о сексуальной эксплуатации детей всегда было трудно, но после принятия Акта это стало еще сложнее. В том числе, потому что нет никаких систематических усилий по сбору таких данных. Опросы среди организаций, оказывающих социальную помощь, показали противоречивые мнения о том, есть ли рост проституции детей в Новой Зеландии, но, тем не менее, авторы отчета приходят к выводу, что его нет. Тем не менее, Отчет о торговли людьми США от 2012 года критикует Новую Зеландию за попустительское законодательство в отношении торговли людьми и предупреждает о сексуальной эксплуатации детей – особенно детей из коренных народов.
В условиях полной декриминализации трудно исполнять закон против проституции детей:

«Полиция может попросить, но у нее нет власти, чтобы потребовать документы, подтверждающие возраст, у тех, кто, предположительно, является несовершеннолетними, предоставляющими коммерческие сексуальные услуги. Полиция сообщала, что это затрудняет активную защиту вовлеченных молодых людей и тех, кто подвержены риску вовлечения в несовершеннолетнюю проституцию. […] Полиция сообщает о трудностях с расследованиями, связанными с использованием несовершеннолетних в проституции» (страница 109).

Приговоры за подобные преступления против детей являются очень мягкими. Хотя после закона о декриминализации максимальный приговор за оплаченное изнасилование ребенка был увеличен с пяти до семи лет, самый жесткий приговор по этой статье с 2008 года составил всего два года, а в большинстве случаев мужчин приговаривали к штрафам, надзору, общественным работам или домашнему аресту.

Расследование таких дел остается на низком уровне, потому что закон о декриминализации создает практические барьеры для выявления пострадавших детей. Например, полиция не может зайти в бордель без ордера на обыск, даже если есть подозрения, что в борделе эксплуатируют детей – при этом полицейские могут проверить без ордера бар, где продают спиртное.

Эти меры были приняты, чтобы у полиции было меньше возможностей злоупотреблять властью по отношению к женщинам. Тем не менее, никто даже не пытался снизить возможности злоупотребления властью со стороны сутенеров и владельцев борделей.

Инспектора по здравоохранению должны проверять рабочие условия в борделях и соблюдение стандартов по безопасности и охране здоровья (хотя до сих пор неясно, как именно они могут проверить соблюдение требования о применении презервативов). Однако у них нет обязанности подтверждать возраст женщин в борделях, и они не могут это сделать, даже если захотят, потому что бордели не ведут подобную документацию. И в любом случае такие проверки происходят крайне редко.

Хотя то исследование, которое было основным аргументом для принятия закона о декриминализации, задокументировало, что многие женщины в проституции находятся в крайне отчаянной экономической ситуации, модель декриминализации не признает, что бедность может быть видом принуждения, который приводит к «проституции по принуждению». Отчет комитета считает «вынужденной работой» в проституции только ситуацию, когда жертва сама сообщает о том, что ее контролирует сутенер. Они игнорируют скрытые механизмы контроля, которые могут использовать сутенеры, и тот факт, что жертвы насилия часто не признают то принуждение, которому они подвергаются.

Модель декриминализации исходит из ложной предпосылки о том, что большинство людей в секс-индустрии – это взрослые люди, давшие свое согласие, а не взрослые, не согласные или те, чьи права человека как-то иначе нарушены, могут сами обратиться в социальные службы и полицию, или же кто-то еще (предположительно, проститутор) проинформирует власти об их ситуации – несмотря на все доказательства того, что это крайне маловероятно.

Авторы отчета даже сами признают тот факт, что сложно ожидать, что дети сами будут обращаться за помощью:
«Уголовное преследование зависит от того, что несовершеннолетние дадут показания в суде в качестве свидетелей. Несовершеннолетние люди могут отказываться от сотрудничества с прокуратурой, поскольку они желают продолжать предоставлять коммерческие сексуальные услуги. Также важно отметить, что несовершеннолетние люди часто не считают себя жертвами, а потому не будут подавать жалобы». (страница 109)

Однако несмотря на все эти структурные недочеты, лицензированные бордели и стриптиз-клубы должны платить налоги. Это значит, что правительство Новой Зеландии, как и правительство Германии, получает финансовую выгоду от эксплуатации детей и уязвимых взрослых в проституции – прямое нарушение обязательств согласно Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин. Или, если говорить грубо, правительства Новой Зеландии и Германии являются сутенерами и пособниками торговли людьми.

Финансовые интересы и политические решения

Законодатели и политики, принимающие решения, обязаны гарантировать, что они действуют беспристрастно, и что они не являются заложниками лиц, преследующих свои финансовые интересы, что они не закрывают глаза на эксплуатацию наиболее уязвимых людей.

«Коллектив проституток Новой Зеландии» (КПНЗ) заявляет о себе, как о главном голосе людей в проституции в Новой Зеландии, при этом он выступает за полную декриминализацию всех аспектов проституции. КПНЗ подвергался критике за отрицание неизбежного вреда проституции, за враждебность по отношению к любым несогласным с их позицией, а также за отказ предоставлять помощь девочкам и женщинам, которые хотят выйти из проституции, фактически продлевая их вовлечение в секс-индустрию.

При этом, кажется, что комитет, подготовивший отчет о декриминализации, очень ценит мнения КПНЗ:

«В отношении уличной проституции несовершеннолетних, КПНЗ не верит, что рост арестов клиентов полицией является подходящим решением. КПНЗ заявляет, что рост арестов лишь заставит молодых людей переместиться туда, где они будут менее видимыми (и, следовательно, где менее безопасно), и что это не приведет к значительному снижению спроса». (страница 110)

Возможно ли, что официальный правительственный комитет поддерживает рекомендации лоббистской организации о том, что не надо преследовать людей за совершение тяжкого насильственного преступления? Давайте попробуем переиначить текст из отчета так, чтобы он касался другого насильственного преступления против детей:

«В отношении избиений детей КПНЗ не считает, что рост арестов взрослых, которые бьют детей, полицией является подходящим решением. КПНЗ заявляет, что рост арестов лишь заставит детей, которых избивают, переместится туда, где они будут менее видимыми (и, следовательно, где менее безопасно), и что это не приведет к значительному снижению избиений детей».

А как насчет взрослых людей, которые дают детям наркотики? Героин становится более безопасным, если жертва лежит в притоне, а не на улице?

Как мог комитет не заметить, насколько жестока и безответственна позиция КПНЗ, насколько она нарушает любые стандарты охраны безопасности детей? Это просто не укладывается в голове. По крайней мере, до тех пор, пока вы не поймете, что представители КПНЗ и составляли костяк самого комитета:

«КПНЗ собирал информацию, был основным партнером команды исследователей по назначению от Министерства юстиции, более того, у КПНЗ были гарантированные места в Комитете обзора закона о проституции в качестве тех, кто оценивал данные исследования и выдвигал рекомендации», — Дженис Реймонд.

Действительно, неверные действия полицейских и государственных учреждений по исполнению законов против насилия могут навредить жертвам, однако решение не может сводиться к декриминализации насилия, решение – обучение полицейских и других специалистов, а также разработка мер профилактики.

Тенденции в организованной преступности, связанной с проституцией в Новой Зеландии, очевидны просто при наблюдении за условиями, в которых находятся проституированные женщины на улице. Одна из тенденций сводится к тому, что сутенеры и торговцы людьми совершенно не обеспокоены появлением легальных борделей (совсем наоборот). Организации, оказывающие помощь, и местные жители в новозеландском отчете отмечают, что несмотря на декриминализацию в уличной проституции продолжаются ужасные преступления против взрослых и детей, очень часто у всех на виду.

Комитет пришел к выводу, что декриминализация не поощряет детей присоединяться к секс-индустрии, поскольку основной мотив для этого – экономическое отчаяние, а не предполагаемый гламур проституции (страница 104).

Тем не менее, пережившие секс-индустрию давно указывали на то, что образы из СМИ и общества в целом, а также то, как проституция отражена в законодательстве, действительно влияют на детей (и взрослых) и могут быть одним из факторов, побуждающих вступить в секс-индустрию, даже при всем влиянии бедности и дискриминации.

Что говорят пережившие секс-индустрию

Во время мероприятия 2018 года пережившие проституцию описывали то, как СМИ и легализация нормализуют проституцию в умах детей и подростков. Сандра Норак, пережившая проституцию из Германии, которая сейчас учится на юридическом факультете, и которая впервые попала в секс-индустрию в 18 лет, объясняет:

«Когда мой «любовник» впервые привел меня в бордель, я просто хотела убежать. Я была юной, эмоционально неуравновешенной, и я не знала, что делать. И я не осознавала, в насколько опасной ситуации я оказалась».

«Он сказал, что это совершенно нормально. Ключевое слово – «нормально». Проституция, предположительно, была нормой, такой же работой, как и любая другая».

«С точки зрения моего правительства, проституция в нашей стране — это просто работа. Сутенеры и владельцы борделей выступают на телевидении, к ним относятся как к бизнесменам, а не как к преступникам. Район красных фонарей описывается как «не такое уж плохое» место. И поэтому, как и многие другие женщины, я не видела, что я собираюсь войти в мир криминала и насилия».

«Если бы общество сказало мне: «Проституция опасна, это насилие и надругательство над человеческим достоинством», то этим торговцам людьми было бы гораздо труднее заманить меня в проституцию. Я хотя бы была предупреждена».

Авторка: Elly Arrow

Источник: Nordic Model Now. Ссылки на источники можно найти в оригинальной статье по ссылке.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s