Спрос на беременных женщин в легальных борделях

Каждый раз, когда в социальных сетях появляются новости о легальном борделе «Bunny Ranch» в Неваде, я не могу не читать их. В 2012 году я провела много времени в этом борделе, где брала интервью у одного из крупнейших сутенеров, Денниса Хофа. В легальных борделях Невады я встречалась с очень грустными и отчаявшимися женщинами. Они были так сильно разочарованы, когда оказалось, что легализация сделала их положение хуже, а не лучше. Одна женщина, которая была на последних месяцах беременности, спросила управляющую борделем, можно ли ей взять отпуск на шесть месяцев, и вернуться после рождения ребенка, не подавая новое заявление на работу. Управляющая ответила, что ей лучше работать в течение всей беременности, «потому что полно мужиков, желающих потискать сиськи беременных дам».

И теперь я прочитала в официальном блоге «Bunny Ranch» статью «Право женщины быть беременной секс-работницей». Ее написала проституированная женщина Саммер Себастьян, которой не посчастливилось работать в этом борделе. Полагаю, Деннис Хоф просто нашел еще один способ зарабатывать на телах женщин.

Первый феминистский опыт я получила в подростковом возрасте, в 1980-х годах, когда участвовала в кампаниях против индустрии порно. Мы очень мало знали о том, насколько невидимыми были порнография и проституция. Но уже тогда я поняла одну простую истину: каким бы ни был фетиш мужчины, для него уже существует жанр порно. А ведь это были дни до Интернета.

Уже в те времена одним из жанров было порно с беременными. В старых подшивках журнала Хастлер я видела обнаженных женщин на большом сроке беременности. Их большие животы и груди превращались в фетиш. Я помню фотографии мужчин, которые сосали их груди и мастурбировали на их животы.

Какое-то время спустя я перестала задаваться вопросом, почему немало мужчин фантазируют о том, что они вызывают у женщины роды с помощью секса. Я просто поместила эту информацию в мысленный раздел «ужасов», вместе со знанием о том, что немало мужчин коллекционируют фотографии ножек младенцев.

В течение двух лет, когда я проводила исследование глобальной секс-индустрии, я постоянно встречала напоминания о том, что порнография – это просто проституция с камерой. В нелегальных и легальных борделях по всему миру я наблюдала одно и то же – «клиенты» получат все, что захотят, покуда они за это платят. Однако одна история до сих пор преследует меня.

Одна женщина, которую проституировали в легальном борделе Германии, получила деньги за групповое изнасилование шестью мужчинами. Все эти мужчины просили женщину на большом сроке беременности. После того, как она пережила этот кошмарный, но полностью легальный по законодательству Германии опыт, она сказала, что чувствует, что продала в проституцию нерожденного ребенка. Конечно, она ничего подобного не делала. Это сделал сутенер, который политкорректно именуется в законе «владельцем борделя».

В Германии, Нидерландах, Австралии и Новой Зеландии, везде, где есть легальная проституция, легальные сутенеры в буквальном смысле продадут что угодно кому угодно – риска, что вмешаются правоохранительные органы, нет никакого.

Если в стране нет законов простив скотоложства, то в легальных борделях могут устраивать пенетрацию женщин животными, неважно насколько крупными – это совершенно законно. Конечно, женщине будет причинен физический вред и огромная психическая травма, но кто будет думать об этом в системе, в которой доходы куда важнее чужой безопасности или достоинства?

Рост спроса на беременных женщин в секс-индустрии прекрасно соответствует неолиберальным идеям о том, что женское тело – это не более чем рынок, где все выставлено на продажу. В одном из своих расследований я открыла рынок торговли грудным молоком в Камбодже, где богатые белые мужчины из западных стран без проблем добывают и продают молоко бедных темнокожих женщин.

Саммер Себастьян утверждает в своей статье, что проституирование во время беременности – это просто хороший бизнес-план. Но если проституция – это действительно «такая же работа», то разве женщина не должна просить себе декретный отпуск? Я не знаю ни одной профессии, где бы беременность была преимуществом для женщины, даже если речь идет о работе акушерки. (К слову, акушерка – это и есть настоящая древнейшая профессия).

Себастьян просто подыгрывает рыночному спросу. Мужчины, которые платят за секс, не воспринимают женщин, которых они покупают, как людей. И это включает каждую их часть, в том числе нерожденного ребенка внутри. Некоторым мужчинам просто все равно, беременна ли женщина, которую они насилуют. Их не волнуют возможные медицинские осложнения от грубого секса, который требуют многие проституторы, или то, что они могут передать ей половую инфекцию.

Есть и другие мужчины – они испытывают сексуальное возбуждение от мысли о том, что почти полностью сформировавшийся плод как бы принимает участие в акте проституции. Трудно найти что-то более отвратительное. Но вряд ли это должно нас удивлять – мужчины, которые платят за секс, платят за согласие. Они ничего не знают и не хотят знать о том, что женщина, которую они покупают, может быть травмирована, расстроена, и что она равнодушна к мужчине, который платит. Если вы дегуманизируете других людей ради исключительно одностороннего сексуального удовольствия, то вы лишаете человечности всех участников, включая самого себя.

Авторка: Джули Биндел

Источник: Independent

Спрос на беременных женщин в легальных борделях: Один комментарий

Добавить комментарий для Lʏᴜʙᴀ (@lio233) Отменить ответ

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s