Власти Израиля закрыли все стриптиз-клубы

В этой статье израильская активистка движения против проституции, Люба Фейн, обсуждает недавнее заявление властей, означающее конец легальных стриптиз-клубов в Израиле. Она также описывает продолжительную феминистскую кампанию, которая и привела к этому решению.

В сентябре 2020 года, примерно через два месяца после того, как израильский закон о запрете на покупку секса вступил в силу, муниципалитет Тель-Авива сделал решительное заявление. Все стриптиз-клубы города будут закрыты, новым клубам не будут выдаваться лицензии. По сути это означает уничтожение легального стриптиза в Израиле, поскольку Тель-Авив – единственный город, где такие клубы все еще существовали.

В Израиле никогда не было национального закона, запрещающего стриптиз-клубы. На данный момент единственная в мире страна, где есть такой закон – это Исландия. Так что борьба против стриптиз-индустрии в Израиле велась на местном уровне.

Идит Шемеш Харел, давняя активистка движения против проституции, вспоминает: «В начале 2000-х стриптиз-клубы Тель-Авива и Хайфы процветали. Брурия Салзман из муниципалитета Тель-Авива обсуждала борьбу с торговлей женщинами. Никто тогда не обсуждал проституцию в целом и стриптиз. Несмотря на это мы говорили с Эльхананом Меши, руководителем департамента по лицензированию бизнеса, и мы просили его прекратить выдачу лицензий стриптиз-клубам, которые регистрировались как легальные клубы-кабаре».

«Тогда Меши сказал нам: «Если хотите их закрыть, то идите меняйте закон». Я предложила ему сходить в такой клуб и самому убедиться, что там происходит. Он ответил, что «разумеется, бывал там», еще и сына с собой водил».

Впоследствии Идит Шемеш Харел направила мэру Тель-Авива, Рону Хульдаи, а также другим чиновникам письмо от лица «Тодаа» («сознание») – некоммерческой организации, которая занимается информированием о негативных последствиях секс-индустрии. По своей сути «танцы на коленях» — это проституция, объясняет она. «Я судила не по слухам. Я ходила в клубы со своей подругой, мы платили 80 шекелей и получали бесплатный напиток. Мы видели мужчин, которые лапали женщин где угодно. Я заглянула в одну из приватных комнат, в ней была кровать и огромный рулон бумажных полотенец. Это было ужасное время – такие клубы были нормой и мейнстримом».

С середины 2010-х годов общая борьба против секс-индустрии (включая стриптиз-клубы) в Израиле набирала обороты. В 2015 году в Хайфе, другом крупном муниципалитете, началась борьба со стриптиз-клубами. Йона Яхав, на тот момент мэр города, решил не дожидаться, когда изменится закон. Он нанял частных детективов, после чего предоставил в полицию доказательства того, что в стриптиз-клубах предоставляется проституция. В результате, стриптиз-клубы Хайфы были закрыты. Это подало четкий сигнал активисткам Тель-Авива – муниципальные власти уже обладают полномочиями, чтобы бороться с такими клубами, для этого не обязательно дожидаться специального закона.

В 2016 году, после обращений женщин, которые работали в стриптиз-клубах, полиция устроила рейды в клубах Тель-Авива. Полицейские нашли «приватные комнаты», владельцам клубов пришлось их закрыть. После нескольких попыток обмануть власти и спрятать комнаты, они были полностью закрыты в 2017 году. В том же году судья Михаль Агмон-Гонен создала важный прецедент, постановив, что она запрещает стриптиз-клубы в районе Рамат-Ган. Судья заявила, что практика стриптиза включает «объективацию женщин и отказывает им в человеческом достоинстве». В 2019 году прокурор Шай Ницан постановил, что сексуальные танцы (танцы на коленях) в стриптиз-клубах следует рассматривать как проституцию.

Владельцы клубов боролись за их сохранение. В 2019 году владельцы стриптиз-клубов в Тель-Авиве, последнем городе, который позволял им легально работать, обещали, что любой вид танцев, включая «приватный танец», будет исполняться без физического контакта. Несмотря на это несколько месяцев спустя Шай Ницан издал приказ о закрытии всех клубов. Обычно такой приказ действует до 30 дней, после чего клубы могут открыться снова.

Сразу после закрытия стриптиз-клубов появился новый игрок – Израильский профсоюз стриптизерш. Они начали проводить протесты на пороге дома 30-летней Ницан Каханы, бывшей руководительницы Комитета по торговле людьми и проституции. По какой-то причине, профсоюз не трогал Шай Ницана и других чиновников, которые напрямую несли ответственность за закрытие клубов.

Ассоциация стриптизерш делала несколько заявлений: «Работа стриптиз-клубов – это наше право распоряжаться собственным телом», «Без работы мы будем вынуждены пойти в гораздо более опасные места, например, частные стриптиз-вечеринки и проституцию на квартирах» и «Никто не обеспечит нас альтернативными источниками дохода».

Луна Бен-Давид, пережившая проституцию, комментирует это так: «Я не была стриптизершей, я участвовала в других формах секс-индустрии, но я приходила в стриптиз-клубы, чтобы отдавать разные вещи женщинам. Клубы однозначно были ареной эксплуатации и насилия. СМИ сыграли роль в их процветании – они нормализировали стриптиз и создавали ему гламурный имидж. Популярная культура тоже сыграла свою роль, в ней стриптиз-клуб изображался как немного мрачное, но крутое место. В такой атмосфере «мальчишники» стали нормой в Израиле».

«Теперь, когда стриптиз-клубы закрылись, правда всплыла наружу. Больше нет гламура. Женщины, которые работали в клубах, говорили, что они находятся в отчаянном положении, и им придется пойти в обычную проституцию. Это наглядно показало, что стриптиз и проституция – это единый континуум. Мне интересно, что сейчас чувствуют те, кто много лет старательно поддерживал позитивный публичный имидж стриптиза».

В марте эпидемия коронавируса снова спутала карты. Теперь закрылись не только стриптиз-клубы, но и множество легитимных бизнесов. Владельцы коммерческих компаний вышли на улицы с протестами. Они требовали более высоких компенсаций для потерявших работу и разрешения открыться с дополнительными мерами безопасности. Многие из них давали интервью в СМИ и выражали беспокойство за своих сотрудников. Не могу забыть, как владелец туристического агентства сказал: «Я смог открыть альтернативный маленький бизнес, чтобы обеспечить себя, но мои сотрудники живут на пособие по безработице. Что с ними будет?»

На этом фоне сильно выделялись владельцы стриптиз-клубов. Компенсаций для «сотрудниц» они не требовали, и беспокойства на их счет они не выражали. А ведь это были те самые женщины, которые говорили, что без клубов им придется уйти в более опасную подпольную проституцию.

Один из таких клубов в Тель-Авиве, Шендо, все равно открылся, а затем последовало внезапное заявление о планах закрыть все существующие клубы и не выдавать лицензии новым. Владельцы клубов не отреагировали на это решение, но Израильский профсоюз стриптизерш опубликовал официальное заявление. Помимо прочего там говорится: «Мы самостоятельно выбрали эту работу, это часть наших планов на будущее. У нас есть опыт и навыки для того, чтобы справиться с большинством проблем, связанных с нашей работой. Тем не менее, произошло беспрецедентное вмешательство властей в нашу жизнь под руководством государственного прокурора, который решает, что нам можно или нельзя делать со своими телами».

«Результаты были для нас разрушительны. Мы матери и кормилицы семьи. Потеря доходов причиняет вред не только нам, но и детям и пожилым людям, которых мы поддерживаем, … несмотря на множество барьеров мы смогли обрести финансовую стабильность, и мы этим гордимся. Новая ситуация лишает нас фундаментальных прав и свобод, включая право на труд, свободу самовыражения и права на наше тело».

Одна из участниц профсоюза присутствовала на последней дискуссии по этой теме в муниципалитете Тель-Авива и заявила, что закрытие клубов заставит женщин посещать опасные частные вечеринки, то есть, заниматься проституцией.

Каждая аболиционистка знакома с заявлениями об угрозе подпольной проституции или более опасных мест. Но защищают ли нынешние клубы женщин от таких вечеринок?

«Я участвовала в частных вечеринках через владельца клуба, где я работала, — говорит Мааян, которая вышла из стриптиз-индустрии шесть лет назад. – Владельцы клубов занимаются сутенерством и посылают женщин на частные вечеринки. Нет никаких плохих сутенеров против хороших владельцев клубов. В этой истории все плохие».

Изменилась ли ситуация с тех пор, как Мааян покинула индустрию шесть лет назад? Яэль, которая недавно вышла из стриптиз-индустрии, объясняет: «Владельцы недавно закрытых клубов не обеспечивали замену частным стриптиз-вечеринкам, так что я не понимаю аргумент о том, что закрытие клубов приведет к буму этих вечеринок. Есть агентство, которое поставляет стриптизерш для вечеринок, так что властям нужно им тоже заняться и закрыть его. Таким образом, не будет процветать никакая преступность. Закройте все!».

Елена Дивин, бывшая стриптизерша, стала знаменитой в 2019 году, после того как публично рассказала о своем опыте стриптиза в СМИ и выступила против этой индустрии. И Яэль, и Елена утверждают, что даже если владельцы клубов не посылают женщин на частные вечеринки, они все равно занимаются сутенерством. По словам Яэль:

«Женщины встречают мужчин в клубах. Мужчины покупают у них сексуальные услуги, а сами услуги получают в других местах. Иногда у нее дома, иногда у него, иногда в туалете или за дверью клуба. Владельцы клуба это активно поощряют. «Иди с ним, возвращайся через пару часов». Когда женщина возвращается, она отдает деньги владельцу клуба. Это плата сутенеру, потому что он организовал для нее клиента. Он не просто создает возможности для покупки секса, он получает прямую прибыль».

Елена Дивин говорит об этом однозначно: «Мне плевать, кто решил закрыть эти клубы, правительство или муниципалитеты. Главное, что их закрыли. Я уверена, что это влияние принятия Шведской модели».

«Сейчас мы наблюдаем рост нетерпимости к классическим изнасилованиям, например, изнасилованиям пьяных женщин. В секс-индустрии такие же последствия для психического здоровья, такая же эксплуатация. Израильское общество начинает выступать против идеи о том, что если женщина находится в уязвимом положении, то можно спокойно эксплуатировать ее».

«Общество начинает говорить о том, что нельзя эксплуатировать самых слабых. По моему мнению, нет разницы между групповым изнасилованием и эксплуатацией женщин в стриптиз-клубах».

Елена не согласна с тем, что закрытие клубов приведет к росту опасных частных вечеринок: «Когда были стриптиз-клубы, подпольные вечеринки процветали. Было агентство, в котором можно было заказывать стриптизерш. Стриптиз-клубы – это витрины для вечеринок с проституцией. Так что хватит нести этот бред».

Однако остается важный вопрос: что будет с женщинами, которые работали в клубах?

Все, с кем я говорила, согласны, что это сложный вопрос. Яэль рассказывает: «Я зарабатывала много денег. Я ездила на джипе, у меня было полно наличности. Мне потребовалось много времени, чтобы осознать, что это проклятые деньги. У меня из дома украли огромную сумму, все мои сбережения. Но еще до этого я была очень несчастна. Я сидела в джипе и рыдала из-за депрессии. Моя подруга отдала все заработанные деньги мужу, который открыл на них ресторан, но он прогорел. Нужно время, чтобы понять, что это проклятые деньги».

«Я смогла восстановить душевное здоровье благодаря неправительственным организациями «Офек наши» («горизонт женщин») и «Ло омдот» («помощь женщинам в проституции»). Они помогли мне финансово, оплатили мои счета. Когда закрылся стриптиз-клуб «Pussycat», здание было выкуплено социальной предпринимательницей, которая выделяла стипендии пережившим секс-индустрию. Я получила стипендию и начала изучать маникюр и перманентный макияж. Теперь у меня свой бизнес, и я счастлива, даже несмотря на то, что эпидемия поставила под угрозу наши доходы».

Елена также говорит о необходимости включать в дискуссию тех, кто защищает стриптиз-клубы: «Раньше я сама была одной из защитниц проституции. Не могла же я сказать «вся моя жизнь основана на эксплуатации». Я боялась сказать, что меня эксплуатировали. И я не была собой, я была «Бьянкой» — мой псевдоним в стриптизе. Бьянка обеспечивала меня, покупала мою еду и оплачивала аренду, я не могла сказать, что Бьянка – это орудие эксплуатации. Я не могла признать это – это разрушило бы все, что я знала. Я бы этого не выдержала! А я ведь была в этой индустрии только четыре с половиной года. А как же женщины, которые провели в этих клубах по 20 лет?».

Лилах Цур Бен Моше – основательница организации «Взять реванш», которая помогла тысячам женщин, в том числе Елене. Она говорит, что некоторые бывшие стриптизерши обратились к ним за поддержкой.

«Они злились на нас. Хорошо известно, что мы выступаем против секс-индустрии, так что одна из них обвиняла меня, что я лишила ее денег, ограбила ее. Она пришла к нам только потому, что мы помогаем с получением социальных пособий. Постепенно ее позиция изменилась, и она призналась, что атмосфера в клубах была полна насилия и эксплуатации, несмотря на то что она сама сексуальные услуги не оказывала. Она сказала, что владельцы продолжали эксплуатировать женщин, даже без приватных комнат заключались сделки о проституции, и все это под эгидой владельцев клубов».

Нужно ли давать этим владельцам еще один шанс? Даже если вы не против стриптиза как практики, эти люди заслуживают тюрьмы, а не лицензии. Проблема в том, что клубы могут снова открыться в любое время – если сменится состав городского совета Тель-Авива или Хайфы. Мы надеемся, что, когда наступит этот момент, израильское законодательство запретит стриптиз-клубы, чтобы нам не пришлось бесконечно наблюдать за муниципалитетами и заниматься их образованием.

Источник: Nordic Model Now.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s